вторник, 26 мая 2015 г.

"Рождение таблетки: как четыре первопроходца заново изобрели секс и начали революцию"

Ну и еще один пост вдогонку серии статей об истории, побочных эффектах противозачаточной таблетки и альтернативам ей. Конечно же, приметив краем глаза в библиотеке книгу Джонатана Эйга "Рождение таблетки: как четыре первопроходца заново изобрели секс и начали революцию" (Jonathan Eig,The Birth of the Pill: How Four Pioneers Reinvented Sex and Launched a Revolution) (перевод здесь и далее мой), я не смогла устоять - мне стало интересно разобраться, как и в случае с сахаром, как так получилось, что далеко неоднозначное вещество стало столь распространенным и повсеместно признанным совершенно естественным к употреблению. Если это чтиво и уступает по хитросплетениям сюжета "Сахару" Элизабет Эббот, то всего немного )




Самая первая фраза, с которой начинается книга, звучит так:
"Она была пожилой женщиной, которая любила секс и потратила сорок лет своей жизни на то, чтобы сделать его лучше. Хотя ее рыжие волосы уже поседели, а ее сердце сбоило, она не сдавалась. Ее желание, как она говорила, было сильным и простым как никогда: она хотела найти научный метод контроля рождаемости, нечто волшебное, что позволило бы женщине заниматься сексом так часто, как ей хотелось бы, и не беременеть."
Это о Маргарет Сэнгер в 1950-х. Ее знала вся Америка: именно она распространила идею "контроля рождаемости" и практически в одиночку запустила в США движение за право на контрацепцию. И именно ей принадлежит идея создания таблетки: недорогой, простой в использовании и абсолютно эффективной. Одно из главных преимуществ такой таблетки было бы то, что женщине не нужно полагаться на согласие мужчины, с которым она спит. И, пока женщина не сможет контролировать рождаемость по своему усмотрению, ей не избавиться от мужского превосходства и не освободиться от сексуального рабства. Сэнгер уповала и на то, что отношения между мужчиной и женщиной станут в результате более глубокими и доверительными.

Конечно, намерения были самыми хорошими: не дать бедным женщинам умирать от бесконечной череды скоропостижных беременностей и родов, взять под контроль рост популяции в развивающихся странах, дать возможность женщинам получать образование и работу наравне с мужчинами.


"Ни одна женщина не может назвать себя свободной,
если она не контролирует то, что происходит с ее собственным телом"
Маргарет Сэнгер

Кроме Маргарет Сэнгер, было еще три человека, без которых рождение таблетки не состоялось бы: специалист по репродукции млекопитающих Грегори Пинкус, гинеколог-католик Джон Рок и овдовевшая суфражистка Кэтрин МакКормик. По сути, изобретение таблетки было частной инициативой этих четверых, с привлечением довольно скромных сумм денег от Американской лиги контроля рождаемости и препаратов фармацевтической компании G.D. Searle (сейчас часть американской корпорации Pfizer, среди прочего, производителя "самого популярного  в мире препарата" Липримар для снижения холестерина в крови и Виагры). И, видимо, субстанции под названием "противозачаточная таблетка" как-то очень нужно было воплотиться в жизнь, потому что, сложись судьба каждого из четверых хоть чуть по-другому, таблетки бы тогда не случилось (если бы Пинкуса не выгнали из Гарварда и у него не было бы отчаянных амбиций восстановить свое имя и свою карьеру; если бы Сэнгер умерла в один из своих сердечных приступов; если бы муж МакКормик, страдающий от шизофрении, не умер бы, оставив ей огромное состояние; если бы внушающий всем доверие католик Рок не уверовал за время своей практики, что таблетка есть благо; ну и, наконец, если бы испытания таблетки заняли бы больше времени, дав американцам возможность узнать об уже разворачивающейся талидомидовой трагедии ...) 

До вывода "Эновида" на рынок его не удалось полноценно протестировать: о массовых испытаниях непосредственно в США не могло быть и речи (в большинстве штатов контрацепция была запрещена законом, да и католическая вера была еще довольно сильная и не позволяла ничего, кроме "семейного календаря" или метода ритмов); и даже в Пуэрто-Рико, где было решено их провести ("в самых впечатляющих трущобах"), и где женщины жаждали эффективного средства контрацепции так, что готовы были стать "подопытными кроликами", серьезные побочные эффекты (кровотечения, тошнота, головные боли, воспаление шейки матки) заставляли испытуемых выходить из игры. Сами по себе побочные эффекты Пинкуса не беспокоили. Кроме того, некоторые свидетели этих реакций приписывали их "эмоциональной супер-активности пуэрториканок", так что Пинкус продолжал верить и надеяться, что большинство побочных эффектов были всего лишь психосоматическими. Он даже устроил небольшой эксперимент с плацебо, который не выполнил два основных требования к современным медицинским испытаниям (пациенты должны быть информированы о целях исследования и предупреждены о рисках), но еще больше уверил Пинкуса в его правоте.

Грегори Пинкус


Тем не менее, Пинкус работал с разными дозировками прогестерона и химическими вариациями, чтобы как-то эти побочные эффекты сократить, и случайно (!) обнаружил, что прогестерон, поставляемый ему G.D. Searle, был "заражен" небольшим количеством синтетического эстрогена. Вначале он потребовал "чистый" прогестерон, но, к его удивлению, побочные эффекты усилились, и тогда Пинкус предложил G.D. Searle намеренно оставить в таблетках 1,5% эстрогена. Побочные эффекты не исчезли совсем, но уменьшились.

Но, поскольку "эмоционально суперактивных пуэрториканок" в испытаниях было все равно недостаточно, Пинкус прибег к хитрости, используемой фармацевтическими компаниями: он стал говорить не о 130 женщинах, принимающих таблетки, а о 1279 менструальных циклах, в течение которых беременность не наступила.

Для фармацевтической компании G.D. Searle пришло время большого решения: с одной стороны, таблетка была очень спорным недостаточно протестированным препаратом, и католическая церковь оставалась ее ярым противником. С другой стороны, она сулила золотые горы той компании, которая первой выведет ее на рынок. Если таблетка сработает и станет популярной или хотя бы приемлемой в обществе, миллионы женщин по всему миру могли бы потреблять 240 таблеток стоимостью 50 центов (на то время) в год каждая ! Тогда противозачаточная таблетка могла бы с легкостью стать самым массовым продуктом, который Searle когда-либо выводила на рынок, практически ничего не затратив на исследования и разработки (это было по большей части оплачено Кэтрин МакКормик).

В то же время, фармацевтическая компания задавалась вопросами:

- Каковы правила испытаний таблетки на здоровых людях ?
- Как далеко компании придется зайти, чтобы доказать безопасность продукта ?
- Достаточно ли года испытаний, чтобы отследить долгосрочные эффекты ? Пять лет ? Десять ?



Поскольку вопросы были беспрецедентными, ответа на них не было. Но Пинкус был настолько уверен в будущей популярности продукта, что даже порекомендовал Searle приобрести компанию, поставляющую основные ингредиенты для производства таблетки, что и было сделано. В конце концов, возможность появления конкурентов и потенциальная прибыль перевесили чашу рисков, и Searle подала заявку на "Эновид" в американское Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA, Food & Drug Administration). Но "Эновид" был представлен не как противозачаточная таблетка, а как средство против расстройств менструального цикла и бесплодия. Это сработало, и в 1957 году "Эновид" был допущен на рынок, с припиской на каждом флаконе по требованию Саннадзора: "предупреждает овуляцию". Исследования, необходимые для продвижения "Эновида" как противозачаточной таблетки, могли продолжаться уже на территории США и стать более массовыми, нужно было всего лишь добиться того, чтобы врачи стали прописывать препарат, не важно в каких целях. И дальше было уже не важно, сколько женщин участвовали в испытаниях и сколько из них ощущали побочные эффекты: важнее всего было то, что препарат работал. Женщины, как и мужчины, узнавали об этом на собственном опыте, и это было лучшей рекламой.

Еще через два года Searle подала в Саннадзор новую заявку (на тот момент самую объемную в истории, в двадцати томах) на утверждение "Эновида" именно как противозачаточного средства. Молодой чиновник, на стол которого попала заявка, отнесся к вопросу со всей серьезностью и посчитал, что пока ни у кого нет достаточно опыта в использовании "Эновида", чтобы заявить, что он безопасен, а посему потребовал дополнительных испытаний и данных. Он даже выслал анкеты шестидесяти докторам, чтобы собрать данные об их опыте с "Эновидом". Отзывы врачей были неоднозначны: с одной стороны, слишком многие пациентки жаловались на побочные эффекты. С другой стороны, риском были сочтены и сама по себе беременность и роды со своими очень серьезными побочными эффектами: поздний токсикоз беременности, диабет, гипертония, инфаркт ... Время шло, чиновники Саннадзора не могли сказать, что препарат не работал, и не могли однозначно утверждать, что он вреден. Они не могли отвергнуть его из религиозных, моральных или политических соображений. Так что в итоге, в 1960-м году "Эновид" был одобрен как противозачаточное средство. Searle победоносно отправила свою армию торговых представителей по гинекологам всей страны, поощряя их начать выписывать противозачаточные таблетки "СЕГОДНЯ". Неплохо было и то, что вместе с таблеткой доктора могли предложить своим пациенткам ежемесячные осмотры: совершенно здоровые женщины приходили бы на консультации постоянно. Чем не способ увеличить свои доходы, как для фармацевтической компании, так и для врачей ?

Мастер Аахенского алтаря. "Рождение Марии", 1485
Сокровищница Аахенского кафедрального собора, Аахен, Германия


Что касается беременности и родов как рисков и патологий, то мне хотелось бы заметить, что именно к этому времени (1950-е годы) в США (там это случилось немного раньше, чем в других странах) эти женские процессы были окончательно "маскулинизированы", согласно терминологии Мишеля Одена. Если в XVI-XVII веках роды были исключительно женским и социальным событием, то с развитием медицины, в конце XVII - начале XIX веков, они постепенно начали перемещаться в сферу мужского и медицинского влияния, а значит - активного вмешательства и изначального восприятия происходящих процессов как патологии (ведь изначально мужчины-медики приглашались на роды только в случае отклонений, и именно из этих случаев они набирали свой опыт и накапливали знания). И как мне кажется, когда мы говорим о "маскулинизации" родов, то пол акушера-гинеколога не имеет такого большого значения, как те медицинские установки, которые этот врач несет - мужского рода само восприятие ситуации, сам по себе подход к "ведению" беременности и родов (и заодно - дальнейшей организации кормления и вообще жизни с малышом).
 

Обложка журнала Time за апрель 1967 г., писавшего:
"Всего за шесть лет, таблетка изменила и освободила сексуальную и семейную жизнь ..."

Ну и что же в итоге изменилось с тех пор, как человечество начало активно пользоваться противозачаточными таблетками; оправдались ли надежды их идейной родительницы, Маргарет Сэнгер ? Конечно же, таблетка "освободила" женщин в каком-то смысле, дала им больший контроль над своей сексуальной жизнью и количеством детей в семье. Но:

  • Вопреки желанию Сэнгер, таблетка снижает женское либидо;
  • Опять-таки, вопреки надеждам Сэнгер на более счастливую семейную жизнь в парах, количество разводов с тех пор только увеличилось;
  • И еще раз вопреки ее ожиданиям, таблетка стала широко использоваться в развитых странах и среди небедных женщин; при том, что в развитых странах все чаще говорят о проблемах бесплодия и все больше применяют техники экстракорпорального оплодотворения, в развивающихся странах продолжают рожать много детей (посмотрите на эту карту). К моменту выпуска таблетки на рынок численность населения Земли составляла 3 миллиарда человек, несколько лет назад она перевалила за 7 миллиардов;
  • Ну и плюс к этому, с самого начала распространения таблеток и до сих пор, нервничающие мужчины все еще переживают, что женщина может тайком от них забеременеть, а женщины подозревают, что их сексуальная и "безнаказанная" доступность важнее для мужчин, чем женское здоровье ...

Я не хочу подводить здесь баланс "за" и "против", у каждого и каждой он будет свой. Это просто немного совсем чуть-чуть пристрастной истории про таблетку в вашей тумбочке (или тумбочке вашей дочери), которую, на мой взгляд, полезно знать.

Дополнительный источник:

Шейла Китзингер. "Заново открывая роды"
(Sheila Kitzinger, Rediscovering Birth)



Комментариев нет:

Отправить комментарий